При такой поддержке от народа...
Инок59
При такой поддержке от народа,
Очень много можно дел сверстать.
От чего ж плодятся *нищеброды*,
Видно *власть*:- моральные уроды,
Что умеют лишь делить и красть.
Нам твердят, мол, пятая колонна,
Не даёт Россию возродить.
Продолжая сотни миллионов,
Прятать за бугор в оффшорных схронах,
Может хватит (гражданам пи…) массы разводить.
Нет, конечно у кормушки сытно,
Это не на паперти стоять.
Токмо (*хвост короткий, жо.. видно*), ить народу очевидно,
Рост благосостоянья (*у быдла*), что обидно,
В разы меньше ваших, (твою мА..), так сказать.
И не надо мне вещать в прострации,
Спешка хороша *при ловле блох*.
Время приступить к мобилизации,
Возрожденье без национализации,
При *военном положении* подвох.
Не любовь к России:- суть предательство,
И на запад нечего пенять.
Не удастся всё списать на обстоятельства,
Глянь:- *либерализм* уже ругательство,
Будет спрос пора уже понять.
* * *
Эффективность меряют заслугами,
И по ним же предъявляют счёт.
Всем, кто мнит себя * народа слугами*,
Нужно алчность *затянуть подпругами*,
Время *смутное* сограждане грядёт…
Дорогие читатели! Не скупитесь на ваши отзывы,
замечания, рецензии, пожелания авторам. И не забудьте дать
оценку произведению, которое вы прочитали - это помогает авторам
совершенствовать свои творческие способности
Поэзия : 2) Огненная любовь вечного несгорания. 2002г. - Сергей Дегтярь Это второе стихотворение, посвящённое Ирине Григорьевой. Оно является как бы продолжением первого стихотворения "Красавица и Чудовище", но уже даёт знать о себе как о серьёзном в намерении и чувствах авторе. Платоническая любовь начинала показывать и проявлять свои чувства и одновременно звала объект к взаимным целям в жизни и пути служения. Ей было 27-28 лет и меня удивляло, почему она до сих пор ни за кого не вышла замуж. Я думал о ней как о самом святом человеке, с которым хочу разделить свою судьбу, но, она не проявляла ко мне ни малейшей заинтересованности. Церковь была большая (приблизительно 400 чел.) и люди в основном не знали своих соприхожан. Знались только на домашних группах по районам и кварталам Луганска. Средоточием жизни была только церковь, в которой пастор играл самую важную роль в душе каждого члена общины. Я себя чувствовал чужим в церкви и не нужным. А если нужным, то только для того, чтобы сдавать десятины, посещать служения и домашние группы, покупать печенье и чай для совместных встреч. Основное внимание уделялось влиятельным бизнесменам и прославлению их деятельности; слово пастора должно было приниматься как от самого Господа Бога, спорить с которым не рекомендовалось. Тотальный контроль над сознанием, жизнь чужой волей и амбициями изматывали мою душу. Я искал своё предназначение и не видел его ни в чём. Единственное, что мне необходимо было - это добрые и взаимоискренние отношения человека с человеком, но таких людей, как правило было немного. Приходилось мне проявлять эти качества, что делало меня не совсем понятным для церковных отношений по уставу. Ирина в это время была лидером евангелизационного служения и простая человеческая простота ей видимо была противопоказана. Она носила титул важного служителя, поэтому, видимо, простые не церковные отношения её никогда не устраивали. Фальш, догматическая закостенелость, сухость и фанатичная религиозность были вполне оправданными "человеческими" качествами служителя, далёкого от своих церковных собратьев. Может я так воспринимал раньше, но, это отчуждало меня постепенно от желания служить так как проповедовали в церкви.
